Добро пожаловать на наш блог!

29.01.2014

НАЦИОНАЛЬНОЕ САМОСОЗНАНИЕ ЗАРУБЕЖНОЙ АБХАЗСКОЙ ДИАСПОРЫ


Как известно, не бывает абсолютной неподвижности населения, как и полной его изоляции. Испо­кон веков люди в одиночку и группами переходили с места на место, а иногда переселялись и в дальние края. Но абхазы, как впрочем, и адыгские народы, в целом не отличались миграционной активностью, если не считать исключительный случай вынужденного махаджирства в XIX веке и более раннее переселение абазин на Северный Кавказ. Это очередной раз подтверждает тот факт, что горские народы не относятся к кочевым племенам, но не столь частые миграции, связанные с безопасностью народа, имели место.

Их историческая жизнь характеризуется значительной территори­альной устойчивостью. Это не значит, конечно, что во­обще не было никаких передвижений. Они происходили в основном в пре­делах своей этнической территории. Здесь необходимо выделить несколько моментов. В то время бытовало такое понятие как гостевание. Пастухи, которые приходили зимовать из Северного Кавказа на Южный или наоборот оставались на постоянное место жительства. В одной этнической среде (языковой) эти передвижения были легче, т.к. они не встречали особого языкового барьера. Т.е. передвижения носили внутриэтнический характер.
Например, у абхазов было несколько причин переселения на Северный Кавказ: дефицит пастбищных угодий (именно горных), засухи, природные катаклизмы. Абхазы, как писал арабский историк Х века, среди шестнадцати народов, участвовали в вавилонском столкновении. В связи с тем, что абхазы – приморский народ, здесь существовала работорговля. Она также сыграла немаловажную роль в переселении народов. Однако были не только миграции, но и возврат проданных мамлюков. Они, став военачальниками, приезжали на родину, чтобы поддержать своих соотечественников. Также у Эвлия Челеби (в его «Путешествии по Черноморскому побережью Кавказа») есть указания на возвращение некоторых абхазов, проживавших какое-то время в Турции (т.е. в Османской империи). Следовательно, миграции происходили и до махаджирства.

Однако, с другой стороны, следует отметить, что были такие моменты, которые указывали на полную противоположность выше сказанному. Большую роль в сдерживании переселения играли традиционные общественные формы и связи, религиозные представления и родовые отношения (хо­тя, с другой стороны, тот же традиционализм, в осо­бенности обычай кровной мести, выступал иногда при­чиной одиночных и даже групповых переселений). Этни­ческие факторы миграций — язык, быт, духовная и материальная культура, обычаи, привычки, навыки, одним словом, комплекс ценностей и ориентации в обществен­ной и бытовой сфере, обнимаемых термином «абхазство» (апсуара), были основными факторами тради­ционно малой миграционной активности абхазов. Но всего этого оказалось совершенно недостаточно для сохранения их этнической монолитности в собственной стране. И волею неумолимых исторических су­деб в течение очень короткого промежутка времени карта национального состава населения Абхазии оказалась в корне перекроенной.

В результате многих исследований установлено, что в силу исторически сложившихся обстоятельств, на территории ряда стран Ближнего и Среднего Востока, входивших в состав Османской империи (ныне независимые страны – Турция, Сирия, Иордания, Израиль и др.), образовалась значительная по численности, географии расселения и степени общественно-политического влияния черкесская диаспора (куда входит и абхазская), которой до настоящего времени удалось сохранить этническое самосознание, языки, обычаи и национальную культуру.

Следует отметить, что черкесская (туда же входит и абхазская) диаспора является наиболее молодой и последней неарабской мусульманской общиной, прибывшей в арабские страны и осевшей там между 1860–1914 гг. Черкесская диаспора имеет многовековые исторические корни, уходящие в глубь средневековья, когда в Египет и регион Ближнего Востока началось массовое проникновение представителей кавказских народов. В итоге образовалось известное мамлюкское государство (его создали кыпчаки – половцы, правившие Египтом в 1250–1382 гг.), которым долгое время правили черкесские султаны (1382–1517 гг.)[1]. Так появилась первая черкесская диаспора, оставившая определенный след в истории и культуре народов этого региона. Однако здесь речь идет о следующей, более мощной, волне эмиграции – махаджирстве (от араб. «мухаджир» – переселенец, эмигрант; инфинитив «хаджара» – переселяться, эмигрировать) кавказцев на Ближний Восток, которая была связана с длительным периодом Кавказской войны и ее последствиями. Кавказская война явилась важнейшим событием в истории Северного Кавказа в целом, и Западного Кавказа, в частности. Эта война продолжалась около 100 лет и закончилась в 1864 г. переселением значительной части горцев Северного и Западного Кавказа в пределы Османской империи[2]. Махаджирство затронуло главным образом Западный Кавказ, около 90% населения которого было вынуждено покинуть свою Родину. Махаджирство не ограничилось только 1864 годом. Оно продолжалось и на протяжении всей второй половины XIX в., а отдельные волны переселения имели место и в начале XX в.

Всех выходцев с Западного Кавказа, а также всех северокавказцев в целом часто называют в местах их нынешнего проживания черкесами[3]. Самоназвание племен Северо-Западного Кавказа, родственных по языку и культуре, звучит «адыге». Оно общее, как упоминалось выше, у адыгейцев, кабардинцев, черкесов, а также шапсугов. Принятое в русской и иностранной литературе XIX в. расширенное истолкование слова «черкес» имело под собой то реальное основание, что адыги (черкесы) были в то время самой значительной этнической группой на Северном Кавказе[4], оказывавшей большое и всестороннее влияние на окружающие их народы.

Соответственно и в арабском мире под общим названием «черкесы» представлены практически все черкесские этносы (абхазцы, абадзехи, бжедуги, шапсуги и др.), дагестанцы (аварцы, даргинцы, кумыки, лакцы, лезгины), чеченцы, ингуши, осетины, карачаевцы и балкарцы. Хотя по языку многие их них относятся к народам тюркоязычным, ираноязычным и прочим.

Абхазский язык вместе с другими близкородственными языками (абазинский, убыхский, адыгейский и кабардинский) образует западно-кавказскую (абхазо-адыгскую) языковую группу. Эти языки по своему происхождению родственны восточно-кавказским языкам (чеченский, ингушский, бацбийский, аварский, лезгинский, лакский, даргинский, табасаранский и др.), образуя с ними единую «северо-кавказскую» языковую семью[5].

Абхазский народ (как и весь черкесский) никогда не переставал интересоваться жизнью своих братьев, оказавшихся волею исторических судеб, оторванными от родины. Постепенно расширяются связи с зарубежными соотечественниками, более оживленными становятся не только переписки между людьми, но и деловые и прочие поездки в обе стороны, взаимные посещения родственников, друзей и т.д.

Из путевых заметок писателя и искусствоведа Чачхалиа Д. К., который был в составе делегации, посетившей Иорданию и Сирию, мы узнали: «… Абхазкая молодежь в Аммане либо вовсе не знает языка предков, либо едва его понимает. Но язык кабардинский (тем более что почти у всех мамы и бабушки кабардинки) они знают хорошо. В местах компактного расселения адыгов здесь, в Передней Азии, оказавшись в разительном меньшинстве, абхазы постепенно теряют язык. Лишь некоторые представители старшего поколения говорят по-абхазски. Однако национальное самосознание у них еще достаточно высокое. Именно в этой связи, чтобы быть узнаваемыми в общечеркесской массе, они носят фамилию Абаза, подчеркивая свое абхазкое (абазское) происхождение…»[6].

Следует отметить, что Абхазы часто встречаются под именем «АБАЗА». Они имеют разное происхождение: одни связаны еще с историей мамлюков, другие ведут свой род от проданных турками рабов, а третьи в разное время сами переселились, в одиночку или группами, из Турции, Трансиордании, Сирии и других старн. Отдельную группу составляют те, которых также называют абаза, то есть абхазами, но, как говорят, только за принадлежность их матерей к абхазкой нации.

Как мы уже знаем, абаза — фамильное имя этниче­ского происхождения — имеет широкое распростране­ние в Сирии, Иордании, Египте, причем в Египте, как пишет Л. Е. Кучбериа[7], оно объединяет теперь свыше 8000 человек. Основателем этой «большой семьи» был некий шейх-разбойник Хасан из аравийского племени Бани Кактан, живший лет 160-170 тому назад. Отту­да он приехал в Египет и поселился на земле знамени­того Мухаммед-Али, разгромившего мамлюков в 1811 году. За обеспечение вооруженной охраны караванного пути Хасану, который еще не носил имени Абаза, были дарованы большие земли в области Шарки. Потом он решил обзавестись семьей — купил 30 жен, из них 4 — египтянки, 1 — эфиопка и 1 — индианка, а все осталь­ные 24 девушки, полученные им от одного турецкого работорговца, были абхазками. Эти абхазки и пере­вернули весь образ жизни в доме шейха Хасана. Они родили ему, как в сказке, 18 мальчиков и 18 девочек. Всех детей, включая и тех, которые появились на свет от остальных шести жен, они нарекли своим этническим названием—Абаза[8]. Эта семья так разрослась и стала такой знаменитой, что английская «Таймс» в специаль­ной статье назвала ее «племенем». Из поколения в по­коление члены этого могущественного клана хранили в своем домашнем быту многие абхазские националь­ные традиции и обычаи, и даже некоторые предметы домашнего обихода. Из их среды вышли многие выдающиеся люди. Широкой известностью пользуются, например, поэт Абдель Азиз Абаза, писатель Сарфат Абаза, журналист Фикри Абаза, популярнейший министр Мамдух Абаза и др. У «племени» Абаза в свое время были две свои фут­больные команды, они издавали два журнала, содер­жали даже театральную труппу. До сих пор одна из улиц Каира носит имя Исмаила Абазы, а одна из жи­вописных местностей в пределах города также извест­на под названием Кафр Абаза и т. д.

В данном исследовании речь идет о потомках махаджиров, которые имеют одинаковое представление о своем этническом происхождении. Представители практически всех поколений эмигранктов идентифицируют себя как часть абхазкого этноса, а Абхазию рассматривают в качестве своей настоящей родины. Вот что было отмечено в одном из интервью с репатриантом из Сирии Амером Куджба: «… Черкесами называет нас весь мир… Не вникают в то, что мы братья… Мы носим общую фамилию АБАЗА. Это значит – абхазы…»[9]. В подтверждение этому приведем еще одну цитату Абу Саляма (отца Ахмата и Амера Куджба): «АБАЗА нас называют со стороны, другие народы. Например, арабы и турки зовут нас – абаза, абазалар»[10].

В ноябре 2007 г. Абхазская делегация посетила Сирию. Целью поездки была встреча с черкесской диаспорой. Настолько родные и в то же время так далеки в истрическом отрезке времени. Каждый из них мечтает увидеть родину предков, но, к сожалению, есть ряд причин, которые этому мешают. «Человек рождается адыгом, это невозможно изменить. Что бы не сделал, он останется адыгом. А сириец может изменить место жительство и будет другим: будет русским, американцем, немцем ит.д. … Поэтому я считаю себя адыгом»[11].

В душе каждого человека находится миниатюрный образ его народа, и тоска по родине действует на всех одинаково: она преображает в его глазах картины прошлого, идеализируя их; достоинства возрастают, а недостатки смягчаются временем и расстоянием, пока не сотрутся в представлении совершенно.

Говоря о национальном самосознании зарубежной абхазской диаспоры, невозможно не затронуть проблему репатриации, которая являет­ся актуальной для многих стран. Основным моментом в данном процессе является создание благоприят­ного режима, как в им­миграционной процеду­ре, так и в последующей натурализации. Этим давно занимаются Израиль, Россия, Германия, Вен­грия, Армения, Греция, Литва, Латвия, Эстония и другие страны. Они при­нимают своих соотечес­твенников, создавая для них необходимые эко­номические и правовые условия.
Абхазия не является исключением из этих стран. Зарубежная диаспо­ра является одним из важнейших компонен­тов внешней политики абхазского государства. Это ре­альный демографический и трудовой ресурс, и их возвращение благотворно скажется на социально-экономическом развитии страны. Репатриация в условиях естественной и неес­тественной убыли абхазского населения ста­новится важнейшим фактором компенсации. Существенным моментом также является усилившийся процесс ассимиляции, котрый ставит диаспору в слож­ную ситуацию, и вариантов противостояния этому глобальному процессу немного. В этой ситуации немаловажное значение приобретает осознание этой угрозы диаспорой, что, в свою очередь, повлияет на ее более активное по­зиционирование в вопросах реинтеграции в абхазское общество.

Следует отметить, что начало войны в Абхазии вызвало немедленную и крайне эмоциональную реакцию многочисленной черкесской диаспоры в Турции, Сирии и Иордании (а также в Западной Европе и в Америке). Массовые антивоенные демонстрации протеста, формирование групп добровольцев, организация сбора финансовой и гуманитарной помощи Абхазии приняли значительный масштаб. Война стала мощным стимулом для невиданного подъема организационной активности и консолидации всей черкесской диаспоры. Многие из них сложили головы за освобождение исторической родины.

В свою очередь Абхазия в настоящее время не могла не отреагировать на обстановку в Сирии, где уже около года не прекращаются антиправительственные протесты, которые начались в середине марта прошлого года. Ежедневно гибнут люди — мирные граждане и военные. По данным ООН, общее число жертв в стране за время волнений превысило 5 тысяч человек. Среди граждан Сирии, подвергающихся опасности, находятся и представители абхазской диаспоры. 29 декабря 2011г. МИД Абхазии сделал заявление относительно ситуации в Сирии, в котором выражается глубокая озабоченность в связи с развитием острого политического кризиса в Сирийской Арабской республике и судьбой соотечественников. Довольно трудно определить точное количество абхазов, проживающих в Сирии. Приблизительно в Сирии живут от 8 до 10 тысяч абхазов.[12]

Положение абхазской диаспоры в условиях сложной политической ситуации очень волнует Абхазию. В январе сего года абхазская правительственная миссия побывала в Дамаске. Во время визита делегаты встретились примерно с 200-ми представителями диаспоры. Они выражали готовность вернуться на Родину, в Абхазию, в том случае, если ситуация резко осложнится. В ходе общения с представителями диаспоры обсуждался широкий круг вопросов, относительно перспектив возвращения на историческую Родину. В целом, приезд правительственной миссии РА вызвал большой интерес и горячее одобрение диаспоры в Сирии. Представители диаспоры неоднократно выражали благодарность за проявление заботы и поддержки абхазского государства о своих соотечественниках, а также готовности возвращения соотечественников на историческую Родину.

Таким образом, в результате двух правительственных миссий в начале этого года в Сирию начался процесс репатриации наших соотечественников. 4 мая 2012 г. прибыла первая группа, состоящая из 27 человек, среди которых 12 детей.[13] Это представители известных фамилий: Маршан, Гечба, Арютаа. До конца этого года планируется переезд из Сирии около 100 чел.

Репатриация – очень сложный процесс. Она выступает в качестве некой национальной идеи для «разделенной» нации, которая существует как бы в двух измерениях – в рамках своей собственной национальной государственности и за ее пределами, в другой преобладающей этнонациональной среде и в рамках другой национальной государственности. Именно такая идея является самой главной в «собирании» нации в месте обладания ею своей собственной государственности, где только и возможно сохранить, приумножить и развить национальную составляющую этноса, который за пределами своей собственной национальной государственности почти с неизбежностью обречен на ассимиляцию, которая происходит с различной быстротой, но с одинаковой неизбежностью.

Хотелось бы отметить, что абхазское общество всегда было заинтересовано в процессе репатриации своих соотечественников. Тут есть ряд объективных причин: во-первых, восстановление исторической справедливости и возвращение потомков депортированных с родины абхазов; во-вторых, восполнение Абхазией потери тысяч молодых людей, погибших во время войны за независимость; в-третьих, нынешний низкий уровень рождаемости, который также является результатом войны и послевоенных экономических трудностей.

В послевоенные годы (грузино-абхазская война 1992-1993 гг.) большинство из прибывших добровольцев (из Турции и стран Ближнего Востока) остались в Абхазии. Однако, к великому сожалению, серьезные проблемы безопасности, экономические трудности, невозможность, ввиду блокады, свободного въезда в Абхазию и выезда из нее вынудили многих вернуться в те страны, откуда они прибыли. Конечно же, есть и те, которые остались. Они обзавелись семьями, стали строить новую жизнь. Несмотря на имеющиеся адаптационные трудности, представители диаспоры принимают участие во внутренней жизни Абхазии. Традиционно одно место в абхазском парламенте зарезервировано для представителя диаспоры. Также имеется несколько репатриантов и в правительстве РА. По имеющимся данным около 7000 человек получили абхазское гражданство. 1300 человек постоянно живут в Абхазии[14].

Здесь хотелось бы привести цитату президента МАААН (Международной Ассоциации Абхазо-Абазинского народа) Шамба Т. М. из отчетного доклада на IV Конгрессе: «… Абхазы (абаза), в каком бы государстве мира ни жили, должны знать, что Апсны (Абхазия) – это земля предков, их колыбель, родина их языка, традиций, обычаев, апсуара. Мы будем рады и будем приветствовать, если наши соотечественники, впитавшие лучшие традиции, богаты опыт развития, культуру принявших их стран, что-то смогут привнести на свою историческую родину – Абхазию… Абхазский язык есть важнейшее средство нашего общения, а общение сближает людей. Язык помогает, он должен стать прочной основой связи, соединяющей отжившие, живущие и будущие поколения абхазского этноса в одно великое, историческое, живое целое. Язык – лучший посредник для установления братства, взаимопонимания и сближения нашего народа, проживающего в разных концах света…»[15].

Следует еще раз подчеркнуть, что существует ряд моментов, которые должны быть продуманы для принятия репатриантов. Это в первую очередь – улучшение экономической ситуации в Абхазии, создание необходимой инфраструктуры для репатриантов, обеспечение режима свободного въезда в Абхазию и выезда из нее, определение места жительства, размещения, организации медицинского обслуживания, трудоустройства и многое другое.

В завершении хотелось бы отметить, что репатриация имеет чрезвычайно важное и принципиальное значение для возрождающейся абхазской нации как восстановление исторической справедливости и воссоединения расколотого народа. Репатриация – это стратегическая программа, которая должна вырабатываться и реализовываться на государственном уровне с возможным и желательным привлечением определенных ресурсов, претендующих на решение именно стратегических задач политического и экономического характера.



Э.А.Гургулия, 
\младший научный сотрудник
Центра изучения Центральной Азии, Кавказа, Урало-Поволжья ИВ РАН (г.Москва)




Литература

Адыгская (черкесская) энциклопедия. Гл.редактор Кумахов М.А. Фонд им. Б. Х. Акбашева. Моска, 2006
Алиев Б. Р. Северокавказская диаспора: история и современность (вторая половина XIX-XX вв.). Махачкала, 2001
Бадерхан Ф. «Северокавказская диаспора в Турции, Сирии и Иордании (вторая половина XIX – первая половина XX века)». М.: Институт востоковедения РАН, 2001. – 120 с.
Березгов Б. Н. Современное положение северокавказских мухаджиров в странах мира (история их расселения и историко-культурные перспективы) // Национально-освободительная борьба народов Северного Кавказа в XIX в. и проблемы мухаджирства. Нальчик, 1994
Бэрзэдж Н. Изгнание черкесов (Причины и Последствия). Майкоп, 1996
Ганич А. А. Черкесская диаспора в Иордании: этнокультурные особенности // Кавказ: история, культура, традиции, языки. Сухум, 2004
Ганич А. А. Черкесы в Иордании: особенности исторического и этнокультурного развития. Москва: ИСАА МГУ, 2007
Гожба Р. Х. От Кубани до Нила расселились уходящие от родных очагов горцы // Эхо Кавказа. 1993, № 2
Дзидзария Г. А. Махаджирство и проблемы истории Абхазии XIX столетия. Сухуми, 1982
Дятлов В. Диаспора: попытка определиться в понятии // Диаспоры. 1999. № 1.
Инал-ипа Ш. Д. Абхазы. (Историко-этнографические очерки). Сухуми, 1965
История Абхазии. Сухум, 1991
Касумов А. Х., Касумов Х. А. Геноцид адыгов. Нальчик, 1992
Кучбериа Л. Араб тъылакуак рычтъи апсуаа рхылцщтра ретнографиа ркнытъ.// Алашара. – Сухум, 1971, № 5
Кушхабиев А. В. Черкесская диаспора в арабских странах /XIX-XX вв./. Нальчик, 1997
Ланда Р. Г. История арабских стран. Москва, 2005
Левин З. И. Менталитет диаспоры. М., 2001.
Петренко А. В. Русские в новом зарубежье: диаспора или разделенный народ? // Международный совет Российских соотечественников. 18.04.2006 – www.msrs.ru
Полоскова Т. В. Диаспоры в системе международных связей. Москва, 1998
Полоскова Т. В. Современные диаспоры (внутриполитические и международные аспекты). М., 1999.
Тощенко Ж.Т., Чаптыкова Т.И. Диаспора как объект социологического исследования // Социологические исследования. 1996. № 12.
Чачхалиа Д. К. Хроника абхазских царей. М., 2000
Чирг А. Кавказская война. Черкесия в огне. Майкоп, 1998
Шамба Т. М. Наша цель – суверенная, демократическая Абхазия. М., 2003.
Шинкуба Б. Б. Народы Западного Кавказа и Османская империя во второй половине XIX- первой четверти XX вв. Махаджирство и его последствие // Кавказ: история, культура, традиции, языки. Сухум, 2004
Haghandouqa M. KH. The Circassians.Amman,Jordan, 1985
Safran W. Diasporas in Modern Societies: Myths of Homeland and Return // Diaspora. 1991. Vol. 1. № 1.
Sheffer G. A New Field of Study: Modern Diasporas in International Politics // Modern Diasporas in International Politics. L., 1986.

[1] Помимо черкесов-мамлюков в Египте (1382–1517) и махаджиров были еще черкесы, служившие османским султанам в разных качествах – наемников, рабов, добровольцев джихада. Их было очень много среди турецких вельмож, военачальников, чиновников. Их так и называли – «черкесами» – во всех арабских странах через 100–200 лет после падения мамлюков в Египте и задолго до начала махаджирства.
[2] Официально война шла в 1817–1864 гг. Однако историки нередко присоединяют к ней восстание 1785–1791 гг. шейха Мансура, охватившее Адыгею, Чечню, Кабарду и Дагестан, а также – участие отрядов дагестанцев в русско-иранской войне 1804–1813 гг. на стороне Ирана и отрядов черкесов в русско-турецкой войне 1806–1812 гг. на стороне Османов.
[3] Арабы стали называть их «черкесами» вслед за турками, потому что среди махаджиров действительно преобладали адыги, да и турки (вместе с их союзниками – крымскими татарами) издавна, примерно с XIV в., привыкли на Северном Кавказе иметь дело именно с черкесами. Большинство же дагестанских этносов, а также осетины, обычно тяготели к Ирану.
[4] Ганич А.А. Черкесская диаспора в Иордании: этнокультурные особенности // Кавказ: история, культура, традиции, языки. Сухум, 2004. С. 148.
[5] Там же.
[6] Чачхалиа Д. К. Хроника абхазских царей. М., 2000. С. 105-106.
[7] Кучбериа Л. Араб тъылакуак рычтъи апсуаа рхылцщтра ретнографиа ркнытъ.// Алашара. – Сухум, 1971, № 5. С. 76-81. (на абх. яз.)
[8] Инал-ипа Ш. Д. Абхазы. (Историко-этнографические очерки). Сухуми, 1965. С.100.
[9] Аудио и видео-запись. г.Сухум, декабрь,2007 г.
[10] Чачхалиа Д. К. Там же, С. 120.
[11] Видео-материалы гостелерадио Республики Абхазия по поездке абхазской делегации в Сирию. Ноябрь,2007 г. Копия из архива Д.К. Чачхалиа. Информатор: Хани Мале.
[12] Абхазской правительственной миссии удалось наладить контакты с диаспорой в Сирии. http://apsnypress.info/news/5243.html 23.01.2012 17:48 (последнее посещение 24 января2012 г.)
[13]В Абхазию вернулись соотечественники из Сирии.http://apsnypress.info/news/6176.html 04.05.2012 (последнее посещение 7 мая2012 г.)
[14] МИД РА намерен активно сотрудничать с абхазской диаспорой в Турции и на Ближнем Востоке http://apsnypress.info/news/5245.html 23.01.2012 19:18 (последнее посещение 24 января2012 г.)
[15] Шамба Т. М. Наша цель – суверенная, демократическая Абхазия. М., 2003. С. 4-5.