Добро пожаловать на наш блог!

17.12.2013

Герой России Эдуард Цеев: «России не хватает знающих командиров»

Патриотизм молодёжи зависит не от неё, а от нас с вами, от семьи, СМИ, считает Герой России Эдуард Цеев.  Он принципиально не даёт интервью – не любит шумихи вокруг своего имени. Но для «АиФ–Адыгея» сделал исключение. Звезду героя, военные ордена и медали никогда не считал только своими и помнит всех офицеров и солдат, которые, выполняя долг перед Родиной, не отступили даже ценой собственной жизни.

– Сегодняшней России не хватает знающих командиров, которые, как в бою, имеют смелость отвечать за каждое своё решение и несут ответственность за жизни других людей, – считает Герой России, гвардии майор Эдуард ЦЕЕВ.

Смутные времена

Карина Кадиева, АиФ-Адыгея: – 9 декабря Россия отмечает День Героев Отечества. Почему о них вспомнили только в 2008 году?
Эдуард Цеев: – А вы историю вспомните: «смутные времена» в России были не только в начале XVII века, но и в 90–е годы, когда о себе заявили ГКЧП, когда начался штурм здания Госдумы, когда распался Советский Союз, когда появилось СНГ. До героев ли нам было? Герои нужны сегодня, хотя в христианской религии сказано: «Не сотвори себе кумира». Согласен – не кумиры нужны подрастающему поколению, а ориентиры на будущее. Надо понимать, что мы нашу молодёжь упустили. Я люблю читать китайских и греческих философов. Платон ещё в античности писал: «Бедность заключается не в уменьшении имущества, а в увеличении ненасытности». Наше общество сегодня реально обнищало, став ненасытным. К чему это ведёт? К тому, что за 10 – 15 лет кардинально изменились ценности у людей.
– Сегодня молодых ребят обвиняют в отсутствии патриотизма.
– Молодёжь разная, как и мы, люди более старшего возраста. Я не решусь стричь всех под одну гребёнку. Меня часто приглашают в школы, недавно выступал в учебном центре при МВД Адыгеи. Молодые ребята тянутся к нормальным, общечеловеческим ценностям. Многие после моих выступлений даже решили поступать в Рязанское военное училище, которое я окончил. Разве можно их обвинять в непатриотизме? В 90–е кто бы уступил место бабушке в троллейбусе или автобусе? Сегодня уступают и это становится нормой.

«Не моя награда»

– А что лично для вас значит – быть героем? Что вкладываете в это понятие?
– Абсолютно ничего. Я живу так, как меня воспитали родители. Просто когда люди видят на моей груди медаль «Герой России», не понимают, что это обложка. За этой золотой звездой стоит весь мой батальон, который вместе со мной выполнял спецзадачи. За этой звездой – те солдаты и офицеры, которые геройски погибли при выполнении боевых задач. Это их звезда и моя боль. Поэтому не люблю «светиться» в прессе. То, что мне присвоили звание «Героя России» – заслуга не моя, а тех людей, которые выполнили свой долг до конца и погибли, не изменив Родине, чести и долгу.

– Вы дважды в составе миротворческих сил побывали в зоне грузинско–абхазского конфликта.
– Этот конфликт, на мой взгляд, был просто делёжкой власти. Простым людям эта война не была нужна. У многих грузин жёны абхазки, а у абхазов – грузинки: они друг к другу в гости по–родственному ходили. И к миротворцам очень доброжелательно относились и грузины, и абхазы. А когда абхазы узнали, что я адыг, то стал почти земляком.
Потом моя рота охраняла прифронтовую полосу, и все три моих поста находились на территории Грузии. Ничего плохого о грузинах сказать не могу и не хочу. Крестьяне просили воду принести, дрова наколоть. Помню одного деда, который в благодарность за дрова чачу принёс и отказа не принял. Так она у меня под кроватью и простояла, а солдат угостил вареньем, сыром. Простые люди всегда найдут общий язык. Им пушки не нужны.
– Бой за высоту Алилен в Дагестане – уже легенда. О чём думали, когда поступил приказ выступить против 200 боевиков и выбить их с высоты?
– Выполнить приказ с наименьшими потерями. Это не заученная фраза, это так и есть. В этом бою погиб командир нашей штурмовой группы Костин и мне пришлось взять командование на себя. Всех ребят поимённо, которые были со мной, я помню до сих пор.
Если бы мы не выполнили тогда боевую задачу, то все бы погибли. О себе думать времени не было, тем более в штурмовую группу входили в основном солдаты–срочники. Я поэтому и говорю: «Звезда Героя – не моя награда». Помню, когда мы, 8–летние мальчишки, играли во дворе, старики ворчали: «Не будет из вас проку. Вас бы на войну, там бы хлебнули лиха». А прок вышел. Патриотизм молодёжи зависит не от неё, а от нас с вами, от воспитателей, семьи, СМИ. Председатель Союза десантников Адыгеи Виктор Дедов вывез ребят из патриотического клуба в лес. Они три дня там жили в походных условиях. Я это видел своими глазами. За три дня каждый прыгнул с парашютом, поработал в горах с инструкторами по альпинизму, занимался сборкой–разборкой учебных автоматов, нёс наряд. А главное – им это всё понравилось.
– Сегодня всё чаще поднимается национальный вопрос. Что вы, как человек, защищавщий не один регион, можете сказать о причинах его появления?
– Возьмите Центральную Россию. Там этот вопрос не стоит. А у нас – если «пролетел» на выборах, то объяснить неудачу можно только из–за якобы нацвопроса.
У меня друзей по России много, полторы тысячи телефонов. Но никогда за всю свою жизнь никто из нас не задумывался, какая у кого национальность. Поверьте, под пулями это не важно. У нас на тот момент была одна национальность: десантник. Нацвопрос появляется ради корысти и не от великого ума. И вообще, это преступление. А у преступления нет и не должно быть национальности. Хочется, чтобы законы в России распространялись на всех, тогда нацвопрос отпадёт сам собой. В армии за всё отвечает командир. А на гражданке сейчас не хватает командиров–интернационалистов. И пока не потеряли страну, надо засучить рукава.